Утешение святого Златоуста матери, потерявшей сына

Для чего ты предаёшься неумеренному сетованию? Смерть есть сон: что ж ты плачешь и рыдаешь? Какого. прощения могут ожидать себе те безрассудные, которые предаются стенанию об умерших после того, как воскресение мёртвых столь ясно доказано в продолжение многих веков? Язычники ничего не ведают о воскресении, однако же находят способы утешать себя, и говорят: «терпи великодушно, потому что случившегося с тобою не можешь ни переменить, ни поправить». Ты постоянно слушаешь правила высшей, полезнейшей мудрости: и тебе не стыдно пред язычниками, когда ты поступаешь безрассуднее их? Мы не говорим тебе: терпи великодушно потому, что нельзя переменить случившегося; нет, – мы говорим: терпи великодушно потому, что умерший твой непременно воскреснет. Спит дитя, а не умерло. Покоится, а не погибло! Оно воскреснет и получит жизнь вечную! Не слышишь ли, что вещает тебе псалмопевец: обратися душе моя в покой твой, яко Господ благодействова тя (Псал.114:6(7?))? Бог называет смерть благодеянием, а ты плачешь? Если плакать, так надобно плакать диаволу: пусть он рыдает о том, что мы чрез смерть идём получить высочайшее благо. Его злобе приличен такой плач, а не тебе. Смерть есть пристань тихая. Разбери, какими несчастиями наполнена жизнь настоящая. Сказано человеку в Писании: в болезнех родииии чада (Быт.3:16); ещё: в поте лица твоего снеси хлеб твой (Быт.3:19); и еще: в мире скорбни будете (Ин.16:33). О жизни же будущей ничего подобного не готовится. Там–духовный чертог брачный, светлые светильники и жизнь небесная. Зачем твоими рыданиями на других наводишь ты страх и трепет смерти? Зачем подаёшь многим повод роптать на Бога, будто бы Он сотворил великие бедствия? – «Что ж мне делать, скажешь ты? Такова моя природа». Вина не в природе, не в порядке вещей, а в нас самих. Мы все извращаем; мы слишком изнежены, предаём своё благородство и поступаем хуже неверных. Как теперь рассуждать с другим кем-либо о бессмертии? Как язычника привести к вере в бессмертие, когда мы, христиане, больше язычника боимся и ужасаемся смерти? Многие язычники, не верившие бессмертию по смерти детей своих, надевали на себя венцы и белые одежды, дабы их славили за мужественное перенесение скорби; а ты напротив и ради будущей славы не перестаёшь плакать и стенать...

Может быть, ты не имеешь теперь наследника, не имеешь преемника своему имуществу? Но чего ты лучше хочешь: чтобы сын твой был наследником твоих имений, или небесных? Чего ты лучше хочешь: того, чтоб покойник принял твои сокровища, которые он должен, однако же оставить, спустя несколько времени, или того, чтоб он получил блага вечные и неизменные? Он не был твоим наследником, зато Бог сделал его Своим; не был сонаследником братьям своим; зато стал сонаследником Христу. «Кому я оставлю одежды. скажешь ты? – Кому дома, кому слуг и поля мои?» Ему же, и гораздо безопаснее, чем когда бы он жив был. Препятствий никаких нет. Если варвары вместе с умершим обыкновенно сжигают его имущество: то гораздо приличнее тебе отослать к твоему покойнику вещи, ему принадлежащие,–не для того, чтоб они обратились в пепел, как у варваров, а для того, чтоб облечь умершего большею славою; для того, чтобы загладить его грехи, если он отошёл туда грешником; чтобы умножить его награду, если он скончался праведником. (Отдай имущество сына твоего бедным, и они перенесут его к нему на небо. Такая сила милостыни). Тебе сильно хочется видеть сына твоего? Живи его жизнью, и ты скоро насытишь взор свой видением священным. Сверх сего подумай и о том, что если ты не послушаешься наших убеждений, то убедит тебя само время. Только ты уже не будешь иметь тогда никакой себе награды; ибо утешение будет зависеть не от тебя, а от продолжительности времени. Напротив, если ты теперь решишься любомудрствовать, то получишь две величайшие выгоды: во-первых, себя освободишь от угнетающей тебя печали, во-вторых, от Бога получишь блистательнейший венец; ибо кроткое перенесение бедствий гораздо многоценнее и милостыни и других дел. Рассуди, что Сам Сын Божий умер; что Он умер за тебя, а ты умираешь за себя только. Сказал Он: аще возможно ест, да мимоидет от Мене чаша сия (Мф.26:39), и поскорбел, и попечалился, однако же не благоволил уйти от смерти; напротив, Он подъял ее после многих страданий; претерпел не простую смерть, а самую бесчестную; прежде смерти претерпел бичевание, прежде бичевания ругательства, насмешки, поношения, тебе подавая уроки – все переносить великодушно. Зато по смерти, по отложении тела, Он опять принял Своё тело с большею славою, и сим подал тебе наилучшие надежды. Если ты почитаешь все это достоверным, то не проливай слез. Если же плачешь, то, опять повторяю, как можешь уверить язычников, что сама ты веруешь?

Не о том помышляй, что сын твой не возвратился в твой дом, а о том, что ты, спустя несколько времени, сама пойдёшь к нему. Не то представляй, что он не придёт к тебе сюда, a то, что все, видимое здесь, не останется таким, каково есть, напротив все преобразится. Небо, земля, море, – все переменится; тогда и ты получишь своего сына в большей славе. Скажи мне, что в этом свете необычайного и нового? Не одно и то же ли каждый день? День и ночь, ночь и день; зима и лето, лето и зима, – и больше ничего; все то же и всегда то же; одно только бывает необычайно, бывает по временам новее, – это бедствия, и неужели бы ты хотела, чтоб твой сын ежедневно исчерпывал эти бедствия? Неужели хотела бы, чтобы он остался здесь болеть, плакать, бояться, трепетать, одни несчастия терпеть, а других страшиться? Ты не имеешь права сказать, чтобы плывущий по широкому морю житейскому мог быть свободным от горести и от забот. К сему прибавь и то, что он у тебя родился не бессмертным; что если бы не скончался теперь, так умер бы спустя немного после. Ты не успела нарадоваться здесь на него? Нарадуешься, насладишься им там. Но тебе здесь, а не там хочется видеть его? Что мешает? Можно и здесь, если здраво рассудишь; ибо упование будущего светлее самого созерцания. Если бы сын твой был в царских чертогах, ты не домогалась бы вызывать его оттуда, слыша, что он находится там в великой чести; теперь ты видишь, что он достиг гораздо лучшей участи, зачем ты малодушествуешь, что он расстался с тобою на короткое время? Вместо сына остался у тебя супруг. Или ты не имеешь мужа?

Так имеешь Утешителя, Отца сирот и Судью вдовиц... Итак не плачь о том, что может увенчать тебя; ибо ты дала за себя залог, когда представила то, что было тебе вверено. Не беспокойся, положивши своё сокровище в нетленную сокровищницу. Ещё повторяю, если ты хорошо поймёшь, что такое настоящая жизнь, и что будущая, что все здесь паутина и тень, а там все неизменяемо и бессмертно: то не будешь уже иметь нужды в моем слове. Теперь дитя твоё изъято от всяких перемен; а оставаясь здесь, оно было бы либо доброе, либо и недоброе. Не, видишь ли, сколько есть родителей, которые отказываются от собственных детей; и сколько есть таких, которые поневоле принуждены бывают держать их дома, несмотря на то что сии дети хуже отверженных?

Соображая в уме своём все, мною сказанное, да научимся любомудрию; ибо таким образом и умершему будем приятны, и от людей заслужим хвалу, и от Бога получим великую награду за наше терпение, и вечных благ достигнем. О если бы всем нам получить их по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков! Аминь.

Источник:

К свету и радости. Христианское утешение в потере близких. Сборник статей, размышлений, святоотеческих и пастырских наставлений / Сост. прот. Евгений Кондратьев. - Петроград : Тип. О-ва распространения религиозно-нравств. просв., 1917. - 64 с.