Почему усопшие не имеют общения с живыми? (Из пропов. Иннокентия, арх. Херсонского).
И немного думая, видишь, что пользы от сообщения живых с умершими было бы мало, а вред мог бы выходить великий. Какая польза? Утешение в разлуке, успокоение сетующих, несколько менее слез на могилу, несколько тише вздохов... Скажите сами, стоит ли из-за этого поднимать завесу вечности и нарушать безмолвие гробов? И кто ещё знает? Утешило ли бы нас это свидание с умершим? Не облились ли бы мы ещё горчайшими слезами, узнав о его состоянии? Не отравило ли бы это всей жизни нашей? Но положим, что свидания с умершими всегда доставляли бы некоторое утешение: думаете ли, однако же, чтобы они были безвредны? Я опасаюсь в сем случае за многое, опасаюсь за живых и за умерших. Всего вероятнее, во-первых, что сообщение наше с миром духов не остановилось бы на должных пределах; многие простёрлись бы до того, что отворилась бы пространная дверь гаданиям, суеверию, волшебствам, а потом и самым ужасным порокам нравственным. Такому злу именно подверглись некоторые из древних народов, у коих найдены были богопротивные средства сообщаться с миром духов, почему Моисей под опасением смерти запретил Израильтянам искать сего сообщения. Во-вторых, на что обратилось бы сношение живых с мёртвыми? Думаете ли, что предметом его была бы вера святая, любовь христианская, усовершенствование себя в терпении, в смирении, в кротости? Увы, и без сообщения с миром духов можно быть заранее уверенным, что все это сообщение обращалось бы большею частью около предметов не душеполезных: и у одних оно истощилось бы в суетном любопытстве о тайнах мира духовного, знание коих нисколько не назидает душу; у других излилось бы в жалобах на свои обстоятельства, на свои недостатки, огорчения, земные неудачи; иные потребовали бы от умерших совета, как вести свои дела, выполнить то или другое своё предприятие. А как исправить своё сердце, как освободиться от страстей, как приготовиться к вечной жизни на небе, – об этом, вероятно, спросили бы немногие, да и для чего спросили бы? Тоже, может быть, более из любопытства, с тем чтобы завтра забыть то, о чем спрашивали ныне. Таким образом нравственной пользы от сообщения с миром духов мы приобрели бы мало, а между тем возможность сообщения с другим миром непрестанно возмущала бы порядок нашего мира, нарушала бы правильное течение наших дел и занятий, наших мыслей и желаний. Задумали бы, например, какое-нибудь предприятие? Ждали бы, пока можно получить о нем мнение из другого мира. И кто знает, какое мнение? Мёртвые не всеведущи; нередко мог бы быть подан совет не благой, – и мы увлеклись бы им. Наконец, поскольку здешняя жизнь наполнена разного рода неудовольствиями: то, видя часто разверзающимися пред собою двери вечности, многие по нетерпению стремглав начали бы бросаться в другую жизнь; между тем как теперь не только вера и совесть, – самый мрак гроба своею непроницаемостью останавливает самых наглых и недовольных своею участию.
И о мёртвых нельзя сказать, чтобы возможность сообщаться с нашим миром не была сопряжена для них с опасностью. Трудно и представить, что бы они приобрели от сего?.. Знать, что и как бывает у нас в здешнем мире? Они знают и без того. Видеть ничтожность и суету земных дел и помышлений?.. Это им виднее, чем нам. Зачем же бы они приходили к нам? Доканчивать свои неоконченные дела? Это не их дело: иначе что значила бы смерть? Между тем, не получая для себя пользы от нисхождения в наш мир, усопшие могли бы получить вред из того.
Каждый возврат на землю более или менее, а всегда земленил бы их снова. С возвратом к прежним лицам и вещам у многих оживали бы нечистые, земные привязанности; между тем как теперь огнь плотских страстей, как бы они ни были сильны, не имея у мёртвых питания от земли, обращённый на самого себя, тускнет и угасает.
(Слово в нед. Всех святых).
Источник:
К свету и радости. Христианское утешение в потере близких. Сборник статей, размышлений, святоотеческих и пастырских наставлений / Сост. прот. Евгений Кондратьев. - Петроград : Тип. О-ва распространения религиозно-нравств. просв., 1917. - 64 с.
