Печаль ради Бога
Когда человек, неблагодарный своему благодетелю, придет в разум и раскаяние о своей неблагодарности, начнет мыслить и говорить про себя: «Что это я, окаянный, делаю? То ли я должен воздавать своему благодетелю? Ненависть ли за любовь, и зло за добро? Воистину обезумел я!» И так жалеет и сокрушается о беззаконных своих поступках. И стыдится смотреть на своего благодетеля, падает перед ним со смирением и просит у него прощения, не боясь ничего от него, но только жалея, что того, кого должен был любить и почитать, как любящего, поносил, ругал и оскорблял. Это истинное раскаяние!
Видишь, христианин, что человек человеку, благодетелю своему, делает, когда выкажет ему неблагодарность и в раскаяние придет! Так и христианин, когда придет в разум и рассудит о Божиих благодеяниях, как прочим, так и ему оказанных и оказываемых, и о Боге, Благодетеле своем, им забвенном и презренном, весьма сокрушается и, удрученный печалью о Боге, как стрелой, уязвляется, и на себя самого, как на врага, гневается, судит себя, как не достойного ни неба, ни земли, ни куска хлеба, ни рубища. Словом, ничего себя достойным не считает, а только одного наказания. Видит, что Его, как Создателя своего и Бога, должен был почитать, но не почитал. Должен был слушать, но не слушал. Должен был любить, но не любил. Должен был смиряться перед Ним, но не смирялся. Должен был покоряться Ему, но не покорялся. И тем оскорблял Того, в любви и благодеяниях Которого заключен, Того, Который есть одна любовь и благость, Того, у Которого в руке все концы земли и он сам, Того, Которому Ангелы со страхом и любовью поклоняются, почитают и поют.
Это печаль по Богу, которая покаяние нераскаянное во спасение соделывает! Сокрушенное такой печалью сердце не может не испускать слез. Пожелает и он с пророком источника слез. Такому впредь уже тяжко согрешать. Лучше он пожелает умереть, чем согрешить. Это есть истинное христианское покаяние, которое происходит от размышления о презрении нашем к Богу Благодетелю и благодеяниям Его!
* * *
О чем христиане печалиться должны:
1. Как радость, так и печаль у христиан иная должна быть, нежели сынов века сего. Они не должны печалиться о том, что не имеют в мире этом благополучия, не имеют богатства, славы, почитания, что мир ненавидит, гонит и озлобляет их; этой печали должны они противиться, изгонять ее из сердца и не давать ей места в сердце своем. Более того, радоваться должны тому, что познаются этим они не как мира сего чада, но Божии, как говорит Христос: если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир (Ин. 15, 19). Ибо кто печалится о том, что не имеет от мира сего любви и почитания, тот показывает, что он любит мир, земное мудрствует, земному прилепляется, что вере христианской противно.
2. Печаль христианская истинная есть печалиться о том, что христиане высокое и небесное звание имеют, но достойно того звания жить не могут, немощью плоти воспрепятствуемые; что Бога Отцом называют, но так совершенно, как долг требует, любить и угодить Ему не могут; от Него неизреченные благодеяния получают и надеются еще больше в будущем веке получить, но не могут достойно возблагодарить Его. Что воздадим Господу за все, что Он даровал нам (Пс. 115, 3)? Такая печаль им полезна и Богу благоприятна, потому как жертва Богу – дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс. 50, 19). Такая печаль нужна всякому христианину, ибо такой печалью исправляется и обновляется растленное естество.
3. Такую печаль, то есть печаль ради Бога, иметь должны все те, которые согрешили перед Господом, но, обратившись, каются. Печалиться, говорю, должны, что Бога, Который есть вечная любовь и благостыня, злыми делами оскорбляли; и Которого должны были почитать, беззаконным житием бесчестили; Которого должны были больше всего любить, не любили; Которого должны были слушать, не слушали. Это истинная ради Бога печаль, которую верная душа испытывает не из-за мук, следующих за грехи, но из-за того, что она Бога оскорбила. И эта-то печаль есть печаль ради Бога, которая производит неизменное покаяние (2Кор. 7, 10). За эту печаль хвалит апостол коринфян и радуется о ней: теперь я радуюсь не потому, что вы опечалились, но что вы опечалились к покаянию; ибо опечалились ради Бога (2Кор. 7, 9). Так опечалился апостол Петр, когда отвергся Христа и, выйдя вон, плакал горько... (Мф. 26, 75).
4. Также должны христиане печаль иметь, когда ближнего согрешающего слышат или видят; печалиться должны, а не осуждать, ибо сами такому же падению подлежат, ибо он благого Бога, Отца их Небесного, прогневляет, что им, как чадам Божиим, прискорбно быть должно, и что так брат их погибает. Такую печаль имел Давид святой: печаль, – говорит, – объяла меня при виде грешников, оставляющих закон Твой (Пс. 118, 53). Такую печаль имел Павел, учитель вселенной, как из посланий его видно. Такую печаль, хотя всем христианам, но более всего пастырям, епископам и иереям, должно иметь и болезновать о чадах своих духовных, доколе не изобразится в них Христос (Гал. 4, 19).
* * *
Что есть печаль ради Бога и истинное жаление, из следующего примера познать можем. Два человека одному своему благодетелю досадили и оскорбили его, и оба жалеют, и скорбят об этом, и просят у него прощения. И хотя внешне дело их равным кажется, но внутренняя скорбь и печаль неравна. Один скорбит и просит прощения у оскорбленного, боясь какого-либо зла от него или впредь его милости лишиться; другой, все прочее оставляя, потому жалеет и просит прощения, что благодетеля своего, которого должен любить и почитать, неразумно опечалил. Видишь, христианин, что дела двух этих человек внешне равны, но внутренне неравны, ибо от неравных сердец происходят. У этого сердце любовью к благодетелю исполнено, а у того – самолюбием страдает. У этого – правое, у того неправое сердце. У этого печаль и смиренное прошение от любви происходит, у того – от самолюбия. Этот печалится о благодетеле своем оскорбленном тот скорбит о себе и своей корысти. Этот, хотя бы и не хотел мстить ему оскорбленный, или хотел и мстил, однако жалел бы о сделанном, и стыдился, и жалеть не преставал; эту печаль рождает в нем любовь, живущая в сердце его. Тот не печалился бы и не скорбел, если бы не боялся от него пострадать. Этот пример учит нас, что есть истинное жаление и печаль ради Бога.
Многие христиане, пришедшие в чувство, о грехах своих, которыми величие Божие прогневали, жалеют и сокрушаются не ради иной какой причины, как только потому, что им следует мука, грешникам уготованная. Такая печаль происходит от самолюбия, как это всякий может видеть; ибо жалеют о следующей погибели своей, а не о Боге, грехами их разгневанном и оскорбленном. Такие, если бы не ожидали за грехи последующей казни и если бы возможно было вовеки в мире жить и всегда грешить, никогда бы грешить не переставали. Ибо отстают они от грехов не ради Бога, но из-за страха своей погибели.
И так неправота сердца, самолюбие и лукавство сердца познается. Все мы ради Бога от зла уклоняться и добро творить должны. Как Бог все для нашей пользы творит, так и мы все во славу Его творить должны. Это и есть правота сердечная. Неистинное и неправое жаление – жалеть и сокрушаться ради страха геенны; но требуется от христианина лучшее и совершеннейшее. И эта печаль может быть началом истинной печали ради Бога, ибо таким страхом человек может возбудиться и познать свое заблуждение и так прийти к печали ради Бога, и таких примеров довольно находим в истории церковной; но назвать это истинною ради Бога печалью невозможно. Одно дело печалиться о себе и своей пагубе, иное – ради Бога, грехами обесчещенного и разгневанного, как это всякому видно и пример приведенный показывает.
Истинное жаление и печаль ради Бога в том состоит, чтобы христианину сокрушаться и жалеть не ради лишения вечной жизни и последующей казни во аде, но ради того, что он Бога, Создателя, Искупителя и Промыслителя своего, Которого должен больше всего почитать, любить и слушать, не почитал, не любил и не слушал больше всего, но себя, мир и грех любил больше Него. Это и есть истинная печаль ради Бога. О том печалиться христианину должно, что он не отдавал Богу должного.
Такую печаль имеющий, хотя бы и вечной жизни и геенны не было, будет печалиться, плакать и стыдиться, и сам себя ругать. Такою печалью сокрушенная душа всякую обиду, от ближнего нанесенную, с радостью простит; все противное и горькое, в мире этом приключающееся, усердно претерпит; и всего как временного, так и вечного наказания достойной себя признает, ведая, что как нет ничего большего и лучшего, чем Бог, так нет такой казни, которой бы она недостойна была за оскорбление и бесчестие величия Божьего.
Такая печаль от любви происходит, она и есть истинная, христианская, праведная ради Бога печаль. Такая печаль без сомнения получает отпущение грехов, сколько бы их ни имел человек; получает же ради неизреченного человеколюбия Божьего и пролитой пресвятой Крови Христовой. Кто из кающихся эту печаль имеет, тот причисляется благодатью Христовой к сынам Божиим, которым наследие вечной жизни уготовано. Сынам свойственно печалиться за оскорбление отца своего, а не из-за страха наказания. Рассуди, христианин, какую печаль в сердце твоем имеешь – эту или ту?
А каков ты в сердце твоем, таков и перед Богом, Который как испытывает и видит сердце всякого, так по сердцу всякого и судит; и что ныне в сердце у кого имеется, то наружу в день судный явится, по слову апостола: Господь осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения (1Кор. 4, 5). Полезна печаль и из-за страха геенны, чтобы не впасть в геенну. На то и в Писании Святом как вечная жизнь, так и геенна от человеколюбивого Бога объявлена нам, дабы одной избежали, а другую получили. Имеют и истинные христиане и святые страх суда Божьего и геенны, но этот страх верой и молитвой побеждают, ибо Христос смертью лишил силы имеющего державу смерти, то есть диавола, и избавил тех, которые от страха смерти через всю жизнь были подвержены рабству (Евр. 2, 14–15). Но печалятся и жалеют больше из-за того, что по немощи плоти не могут угодить воле Божией так, как Слово Божие требует. Потому воздыхают и молятся Небесному Отцу: остави нам долги наша (Мф. 6, 12). Нет в этом веке совершенства. Эту печаль и нам, христианин, иметь и искать ее в сердце нашем должно, зажегши свечу ума и размышления нашего.
* * *
Печаль ради Бога и истинное жаление может при помощи Божией родиться от рассуждения и размышления, когда человек возвратится в себя и рассуждать будет о своем ничтожестве и Божием величии, которое грехами оскорблял.
* * *
Все, начальники и подчиненные, по естеству равны, ибо все люди одного естества. Если достойно почитать властелина – человека, насколько больше – Бога, высочайшего и вечного Владетеля, Который и над властями нашими господствует и царствует. И если праведно благодарить благодетеля – человека, насколько больше – Бога, Который Благодетель высочайший и первейший благодетелей наших и наш.
И если должно жалеть об оскорблении человека, который по естеству своему зол: никто не благ, как только один Бог (Мф. 19,17), – и который сам согрешает и оскорбляет, то насколько больше сокрушаться и жалеть должно, что согрешаем и оскорбляем Бога, Который один благ по естеству Своему, есть вечная Любовь и Благостыня, и никого не обижает и не оскорбляет, но, наоборот, всем от человеколюбия Своего благотворит и благотворить не престает. И если верим человеку, который лжив: всякий человек лжив (Пс. 115, 2), – насколько больше подобает верить Богу, Который истинен и есть сама Истина. И если любим и почитаем искренне и нелицемерно отца нашего по плоти, насколько больше следует любить и почитать Бога, Который нас и отца нашего создал, питает и прочими благами снабжает, а это без послушания быть не может.
И если бесчинствовать перед царем и низшим властелином или перед честным человеком или опасаемся, или стыдимся, то насколько больше опасаться должно бесчиние показывать перед величием Божьим. Он везде есть и на всякие наши дела смотрит. И если защищаем честь монарха нашего, отца и господина нашего, тем более честь и славу Царя царей и Господа господствующих, защищать и хранить должно. Всякий человек, как он ни велик, есть почти ничто перед Богом; и слава и честь его ничто перед честью и славой Божией. Словом, Бога более всего создания, и более себя самого, и всякого имени именуемого любить, почитать, слушать и благодарить сама совесть научает и убеждает нас. И если человек не отдавал Богу все перечисленное и познает перед Ним этот свой грех и свое ничтожество, не может он не сокрушаться сердечно, болезновать и печалиться ради Бога, и такая печаль есть истинная и душеспасительная, такой печали Сам Бог от нас в покаянии нашем требует: раздирайте сердца ваши, а не одежды ваши (Иоил. 2, 13).
Так опечалился апостол Петр, когда от Христа отрекся, и выйдя вон, плакал горько (Мф. 26, 75). Так оскорбился за Христа разбойник на кресте. Мы осуждены справедливо,– другому, хулящему разбойнику отвечал он, – потому что достойное по делам нашим приемлем. –Вот его признание своего греха и виновности! – Он (Христос) ничего худого не сделал, но неповинно страждет, страждет то же, что и мы. – Вот сожаление его Христу, неповинно страждущему! И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, Когда придешь в Царствие Твое! – Здесь исповедание, и через исповедание вера во Христа изображается! Вере его воспоследовало утешение от Христа: ныне же будешь со Мною в раю (Лк. 23, 41–43). Так и мы, христиане, должны в покаянии нашем печалиться, что Богу и Создателю подобающей чести не отдавали, не слушали Его и не любили Его больше всего. И от такой печали непременно последует утешение от Самого Бога, Который исцеляет сокрушенных сердцем и обвязывает раны их (Пс. 146, 3).
* * *
[Истинно кающийся человек,] рассуждая о величии Божием и своей подлости, так как Бога, Создателя, Искупителя и высочайшего Благодетеля своего, Которого должен любить и почитать, раздражал и прогневлял, и Того, Которого Ангелы и все святые со страхом поют и хвалят, он, земля и пепел, не боялся, и Того, Которому обязан тем, что живет, и движется и есть, и что бытие свое, душу и тело и весь состав свой от Него имеет, и что Божие есть все, чем питается, поится, одевается и прочими благами снабжается, – такого Благодетеля не любил, но всегда оскорблял, и к Нему неблагодарен был, и Его величию не отдавал достойного почтения, какового Создатель от создания требует, – об этом, говорю, и о прочем рассуждая, ругает себя, гневается сам на себя, укоряет самого себя, печалится и сокрушается сердцем, а часто и плачется и рыдает, и желает, чтобы того не было, что грешил, но уже, что было, того не возвратить.
И такая печаль от любви происходит, и это истинная, христианская печаль – печалиться не из-за пагубы своей, но из-за того, что Бога, Создателя и Искупителя своего прогневал. Такую печаль имеющий будет печалиться, хотя бы и муки и Царствия Небесного не было. Ему вместо муки то одно есть, что он Бога, Который есть только благость, любовь, правда, святость, милосердие и бесконечное добро, оскорбил и прогневал. Такая печаль – это жертва Богу благоприятная. Так печалился апостол Петр, от страха отрекшийся от любимого Иисуса Христа, и выйдя вон, плакал горько (Мф. 26, 75). И эта печаль вселяется в кающееся сердце от размышления Божиих благодеяний, грешником презренных, и не скоро после обращения, но после немалого времени, но ее всем христианам должно иметь.
