Слово 103. О Тайной вечере. В Великий Четверг

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Дорогие во Христе братья и сестры!

Накануне иудейской пасхи Спаситель собрал учеников в простой, чисто убранной горнице для совместной трапезы, исполненной величия и печали. Простая пища, простое питье на столе – хлеб и красное виноградное вино. Но этот скромный стол словно бы распространился на всю вселенную, и на нем распростерся закалаемый за грехи человечества Агнец Божий. Тайной вечерей Господней началась непрекращающаяся с той поры таинственная Трапеза рода христианского – Божественная Евхаристия.

Ветхозаветные люди насыщали тела свои земной пищей, а души их, лишенные общения с Богом, оставались вечно голодными. На выжженных песках пустыни растет только саксаул да мечется бесприютное перекати-поле – вот на такую же духовную ущербность обрек себя падший род человеческий в безблагодатном мире. Силы и крепость для духовного роста и расцвета даровал обездоленным людям только Христос Искупитель, в Самом Себе заключающий небесную пищу, по слову Его: Я есмь хлеб жизни; приходящий ко Мне не будет алкать, и верующий в Меня не будет жаждать никогда (Ин.6:35). Первыми таинственного этого Хлеба вкусили апостолы на Тайной вечере.

К Божественной Трапезе следовало приступать в чистоте. Кто мог приготовить людей к этому великому таинству, очистить их души? Те, кто снисходителен к себе, обычно брезгливы к чужой нечистоте. Незадолго до Тайной вечери апостолы спорили о том, кому из них достанется лучшее место в будущем Царствии, – и каким потрясающим уроком завершился их спор о первенстве. Сам Божественный Учитель – как слуга, как раб – взялся мыть ноги ученикам. Глубочайший смысл таился в этом деянии смиренного Сына Божия, ибо только Пречистый мог омыть людские души от первородной порчи. Первенство же в Небесном Царствии заключалось не в особых почестях, а в самоотверженном смиренном служении ближним. Соревнование в таком первенстве, в таком служении завещал Спаситель ученикам, сказав: Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу (Ин.13:13–14).

Всемогущий Господь, вочеловечившийся Сын Божий, стоял на коленях перед апостолами, омывая от грязи их ноги. Охваченные растерянностью и стыдом, принимали ученики эту поразительную услугу Господню. Пылкий Петр начал было спорить и противиться: не умоешь ног моих вовек, – но Христос строго отвечал ученику: если не умою тебя, не имеешь части со Мною (Ин.13:8). Разлучиться со Спасителем – для святого Петра было самым страшным, и он тут же с тою же горячностью воскликнул: Господи! не только ноги мои, но и руки, и голову (Ин.13:9).

Милосердный Господь продолжает незримо омывать душевную скверну тех, кто стремится к Нему, – омовение ног апостолам перед Тайной вечерей прообразовало таинство исповеди, подготавливающее верных к восприятию Страшных и Животворящих Таин Христовых. Как неохотно, словно исполняя тяжкую обязанность, обычно идем мы исповедоваться, а ведь Сам Спаситель стоит перед нами, желая очистить наши души от скверны, чтобы приблизить нас к Себе. Исповедь – не унылая повинность христианина, а дарованное Богом счастье освобождения от греховных уз, и к этому счастью нам надо стремиться столь же ревностно, как некогда устремился испугавшийся разлучения с Господом святой апостол Петр.

Богочеловек Иисус Христос явился в мир не только послужить людям, сделать их чище, лучше, – Он принес нам в дар Самого Себя, Пречистую Плоть и Святейшую Кровь Свою. На Тайной вечере впервые прозвучали слова Господни, призывающие верных к вкушению этой Божественной Пищи.

Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов (Мф.26:26–28).

Еще впереди была голгофская крестная жертва за грехи наши, но в этот миг уже преломлялся небесный Хлеб – Тело Сына Человеческого, ради нас лилась Кровь единого Безгрешного. Превечный Бог неизмеримо выше наших представлений о прошлом и будущем: и так, на рубеже времени и вечности, на Тайной вечере заклан был Агнец Господень, хлеб и вино стали Плотью и Кровью Его.

Как совершается таинство Пресуществления, как земной хлеб и земное вино становятся Телом и Кровью Спасителя? Человеческий ум этого понять не способен, но неподвластная даже и гениальному уму тайна открывается простоте веры. Кто свидетельствует нам о величайшем чуде Пресуществления? Не какие-то случайные люди, даже не пророки и апостолы, нет, – Сам Сын Божий ясно возвещает: сие есть Тело Мое… сие есть Кровь Моя… Чему и кому мы сможем веровать, если не поверим единому Безгрешному?

Невиданно, чудесно, непостижимо? Так и должно быть. Таинства потому так и называются, что они есть тайны Божии. А Пресуществление хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы есть Таинство Таинств, тайна тайн. Нам остается только благоговеть перед Премудростью Божией, славословить милосердие Создателя, вкушая дарованный Им таинственный небесный Хлеб бессмертия.

Может ли что быть трудным для Всемогущего Творца, единым словом сотворившего миры видимый и невидимый, возжегшего мириады солнц, вдохнувшего в персть земную дыхание жизни? Бесчисленное множество загадок остается для человечества в материальной природе, – так не удивительно, что наш ум становится в тупик перед великими проявлениями Духа Божия. Но воистину изумления достойны щедрость и благость Творца! Спаситель не просто утоляет голод и жажду душ человеческих, питая нас Животворящими Дарами, – достойных причастников Господь соединяет с Собой кровным родством, делает их христоносцами.

Это чудо из чудес неизмеримо выше земных даров, подобных дождям манны и перепелов, которыми Бог в древности питал израильтян в пустыне. Но никакое чудо Господне не просветит маловерных. Всемогущество Сына Божия было явлено в насыщении тысяч людей пятью хлебами и двумя рыбами, уже после этого Он возвестил: хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира (Ин.6:51), а духовно слепые иудеи не замечали Его всесилия и роптали: как Он может дать нам есть Плоть Свою? (Ин.6:52). Этим лукаво умствующим «сынам погибели» уподобляются те, кто поныне дерзает сомневаться в таинстве Пресуществления.

Животворящие Таины Христовы страшны, как страдания распятого Спасителя. То, что совершается на Божественной Литургии, – отнюдь не туманный «образ» или «символ», вовсе не «простой благочестивый обычай». Приносимая в наших храмах Бескровная Жертва сопряжена с кровавой жертвой голгофской, только ради человеческой немощи Христос питает людей Телом Своим и Кровью Своею под видом хлеба и вина. В церковном предании немало свидетельств о том, как для убеждения маловерных или устрашения неверных во Святой Чаше открывалось видимо для всех окровавленное тело Спасителя. Подобные же примеры есть и в книгах историков: так, в «Хронике» Гельмольда рассказано, что, когда умножилось нечестие одного из западнославянских племен, во всех тамошних храмах за Литургией вместо хлеба и вина явились кровавые куски человеческой плоти.

«Когда приступаешь к Святой Чаше, приступай так, как бы ты пил от самого ребра Христова», – говорит Святитель Иоанн Златоуст. Да, страшно причащаться Пречистого Тела и Святейшей Крови Христовых, но несравненно ужаснее не вкушать этого величайшего дара Господня, ибо избегающие Причастия пренебрегают Самим Спасителем, крестными Его муками, плодом которых явился этот Дар. Отказ от причастия означает гибель человеческой души – по непреложному слову Господа нашего Иисуса Христа: Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною (Ин.6:53–57).

Со страхом Божиим и верою следует приступать к Животворящим Таинам Христовым. Во Святой Чаше – пламя Божественных Страстей голгофских, раскаленный угль пречистого света Господня. Горе тому, кто подходит к Причастию с душой, не очищенной покаянием, в гордыне или лукавстве. На Тайной вечере одиннадцать апостолов приобщились Святых Даров в вечную жизнь. Иуда-предатель замышлявший измену, причастился в вечную гибель. Кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, – говорит святой апостол Павел (1Кор.11:29).

Порою ленивые и слабодушные люди, избегая Причастия, пытаются лукаво оправдаться: «Я, мол, недостоин». Но в этом мире нет и не может быть человека, достойного вкусить Пречистое Тело и Святейшую Кровь Господа! Божественные Дары ниспосылаются нам не за наши ничтожные заслуги, а по благости Божией, и нам ли оскорблять Всевышнего Дародателя, отвергая предлагаемый Им для нашего же спасения Хлеб Жизни. Не в лжесмирении отступника, а в истинном сознании своего недостоинства перед Страшными и Животворящими Таинами долг христианина, ибо Господь призывает и приемлет грешников кающихся, как некогда принял покаяние блудницы и разбойника.

Ясна и недвусмысленна заповедь Спасителя об обязательности причащения Тела и Крови Его для всех верных. Однако отступники лукавыми и лживыми мудрованиями силятся извратить прямой завет Господень.

Так, «волки в овечьих шкурах» из протестантских сект оставляют последовавших за ними людей без благодатных Святых Даров. Руководствуясь низменным земным рассудком, они пытаются придать страшному таинству Причащения Плоти и Крови Христовых лишь «фигуральный», обрядовый смысл. Эти «фигуральные» лжехристиане не слышат ни зова Самого Господа, ни слова апостольского: Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? (1Кор.10:16).

По слову Святителя Иоанна Златоуста, «такое великое таинство презирать и не употреблять может только человек, лишенный разума и чувств».

Так сектанты гибнут в суемудрии и грехах своих.

Вот что говорит об уклоняющихся от Святой Чаши и недостойно причащающихся святой апостол Павел: Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает (1Кор.11:30). Зато какие силы духовные и телесные приносят Божественные Дары вкушающим их в послушании и смирении! в истории Церкви не счесть случаев чудесных исцелений от самых тяжких болезней после причащения Животворящих Таин Господних, – однако телесное здоровье есть лишь следствие величайшего духовного врачевства, коего удостаиваются верующие. О духовном возрождении, даруемом Таинством Таинств, свидетельствует праведный Иоанн Кронштадтский: «Ощущал я тысячекратно в сердце моем, что после причастия Святых Таин Господь подавал мне как бы новую природу духа, чистую, добрую, величественную, светлую, мудрую, благостную, – вместо нечистой, унылой и вялой, мрачной, тупой, злой. Я много раз изменялся чудным, великим изменением на удивление самому себе, а часто и другим».

Свидетельства такого же чуда перерождения есть в духовном опыте каждого христианина, хоть вмале достойного этого высокого имени, хотя бы единожды сумевшего достойно подготовиться и воспринять Пречистую Плоть и Святейшую Кровь Христовы.

Возлюбленные о Господе братья и сестры!

Если мы хотим выстоять в наше трудное время, нам следует постоянно прибегать к благодатной помощи Божией, как можно чаще приобщаться Животворящих Христовых Таин. А Четверг Страстной седмицы особый день, когда Церковь вспоминает апостольскую Тайную вечерю, где Господь положил начало таинству Тела и Крови Своих. В Великий Четверг никакие житейские дела и заботы не могли удержать благочестивых предков наших, стремившихся во храм ко Святой Чаше. По числу причастников Великого Четверга определялась даже численность христиан, живущих в том или ином краю.

Да сподобит Господь и нас, недостойных, стать причастниками Святых Таин Его не в осуждение, но во здравие души и тела и в жизнь вечную. Приступим же со страхом и трепетом, со слезами покаяния и надеждою на прощение, сознавая всю греховность и все непотребство свое, к священному пиршеству веры христианской, молясь с преподобным Иоанном Дамаскиным: «Пред дверьми храма Твоего предстою, и лютых помышлений не отступаю; но Ты, Христе Боже, мытаря оправдивый, и хананею помиловавый, и разбойнику рая двери отверзый, отверзи ми утробы человеколюбия Твоего и приими мя…». Аминь.

Наверх