Церковь - собрание чад Божиих. Радиопроповедь
Собрание Церкви – так в прошлой беседе предложил я определить первый акт, или священнодействие Божественной литургии, самого главного богослужения христиан. Итак, собрание Церкви или, лучше, Церковь как собрание, ибо, как я уже говорил, само греческое слово экклисия в буквальном переводе означает «собрание». На этом определении я настаиваю потому, что в нем наиболее ясно, наиболее полно выражен и явлен изначальный смысл христианства. Христос пришел рассеянных чад Божиих собрать воедино (Ин.11:52). И в ночь предательства Он молится Отцу о Своих учениках, чтобы они были едины, как един Он, Христос, Сын Божий, со Своим Отцом.
В мире – с этого всегда нужно начинать объяснение христианства – воцарилось разделение. Разделение между людьми, разделение между человеком и природой, разделение внутри самого человека. Говоря о грехе, Евангелие имеет в виду не нарушение закона, правила, нормы, а прежде всего отпадение человека от Бога. И результат этого отпадения – борьба всех против всех. Разделение в мире имеет поистине всеобъемлющий характер, ибо, как нетрудно показать, даже то, что по видимости объединяет одну часть людей, разъединяет их со всеми остальными. Всякое «мы» определяется в первую очередь через самопротивополагание «им», каждое «я» – через самоутверждение перед «ты». Упрощая, можно сказать, что мир, созданный как любовь и единство, превратился во вражду и разделение. И это случилось потому, что человек, призванный все соединять в любви и единстве, сам отделился от Бога, противопоставил себя Ему, захотел жить для себя, а не для Бога и в Боге. Поскольку же истинный смысл жизни – только от Бога и в Боге, жизнь стала тьмой, в которой идет, как мы сказали, страшная борьба всех против всех.
И вот к людям, находящимся в этой тьме разделения и вражды, или, как говорит Священное Писание, «сидящим во тьме и тени смертной» (ср.: Мф.4:16), пришел Христос, явился Спаситель. Пришел с новой заповедью о любви и единстве как смысле и содержании жизни. И с Его пришествия, с явления в Нем Божественной любви началось и вечно происходит собирание «рассеянных чад Божиих» воедино. Поэтому христианство вошло в мир и пребывает в нем как Церковь, т.е. как собрание и единство. Поэтому и главный акт, в котором Церковь являет закон своей жизни законом любви и единства, есть Божественная литургия, всегда начинающаяся как собрание и зримое соединение. Поэтому, наконец, и все акты самой Божественной литургии суть акты любви и единства, явление и осуществление той новой жизни, что воссияла внутри тьмы и ужаса разделения.
В свете этого назначения Церкви и нужно рассматривать собрание, с которого начинается Литургия и которое есть исполнение слов Христа: Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф.18:20). Это собрание – не толпа, которая ужасает тем, что хотя участники ее по видимости сплочены, склеены в какую-то массу, каждый все равно остается в одиночестве, всегда отделен и готов обороняться от остальных, но собрание любящих Христа и в Нем узнающих, любящих и приемлющих друг друга. Мы идем в церковь, чтобы быть с Христом, но, встречая Христа, встречаем тех, кто любит Его и кого любит Он. И вот мы уже вместе, и вот мы уже одно. Heодинокие в своем эгоизме и непрерывном самоутверждении индивиды, не безличная, подавляющая личность толпа, но собор, единство, любовь.
Я знаю, конечно, что и в самой Церкви много разделения, что многие ищут в ней и в ее богослужении только своего. Но тогда и духовно, на глубине не получают они того дара новой жизни, в сообщении которого все назначение, вся сущность Церкви. И если мы хотим хотя бы отчасти проникнуть в эту сущность, ответить на вопрос: для чего нужна она, Церковь? – то ответ – только тут, в словах Христовых: «Я пришел рассеянных чад Божиих собрать воедино» (ср.: Ин.11:52).
Итак, мы собраны в Церкви прежде всего затем, чтобы быть едиными во Христе, явить самим себе и миру любовь Христову. Нет, не затем, чтобы просто помолиться (ибо молиться можно и дома, в одиночестве, и сам Христос сказал: Когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись (Мф.6:6)), не затем, чтобы насладиться красивыми обрядами и песнопениями, а затем, чтобы исполнить заповедь Христа и в самих себе осуществить Его прошение к Отцу: Да будут все едино (Ин.17:21). Собираясь в храм для участия в литургии, мы на время оставляем повседневные заботы и суету. Войдя в храм, мы пересекаем черту, отделяющую нашу старую, всегда старую жизнь с ее непрестанной борьбой и разделениями от новой, где все возвещает о любви и единстве, зовет к ним, являет их Божественную силу и красоту. Так, с этого собрания всех за одним богослужением, с собрания всех во Христе начинается наше общее дело – Божественная литургия.
