Слово в день тезоименитства Благочестивейшаго Государя Императора Николая Павловича

Слово в день тезоименитства Благочестивейшаго Государя Императора Николая Павловича

«Кто мя устроит по месяцам преждних дней, в нихже мя Бог храняше» (Иов. XXIX. 2)? – воскликнул некогда Иов. Без сомнения, при сем помышлял он о детях умерших, и о домашнем благосостоянии разрушенном. Но есть еще предмет его печали, который особенно  достоин внимания, и даже удивления. Он тоскует о возможности благотворить, которую имел, и которой лишился. "Спасох бо", говорит, «убогаго от руки сильнаго, и сироте, ему-же не бе помощника, помогох». – «Уста же вдовича благословиша мя». – «Око бех слепым, нога же хромым: аз бых отец немощным» (Иов. 29:12–16).

Не тоскуй, благодетельная душа! Бог, верховный благодетель, и покровитель всякаго благотворения, не дает в нарекание Своей добродетели  в лице твоем, Он устроит тебя по месяцам преждних дней, в которые Он хранил тебя. И подлинно, говорит наконец книга жития его, «даде Господь сугубая, елика бяху прежде Иову во усугубление», – «Господь благослови последняя Иовля, неже прежняя» (Иов. 42:10, 12).

И у Тебя, Матерь благословенных Сынов по естеству, а по благотворению Матерь немощных и сирых, светодательница слепых, благословляемая вдовицами, – и у Тебя, за год пред сим, не было ли таких минут, в которыя все чувство бытия и жизни заключалось в одном воздыхании о утрате, неизреченно великой? «Кто мя устроит по месяцам преждних дней, в нихже мя Бог храняше?»

Но Великий Отец сирых и Судия вдовиц, внял молитвам благословляющих Тебя сирот и вдовиц, также как и молитвам осиротевшаго-было народа и царства, и устроил Тебя точно по месяцам прежних дней, в которые Он хранил Тебя. Се и ныне, в том же месяце, в котором прежде священным торжеством одного из разнообразных Твоих благотворений ознаменовывали мы день Твоего Богом благословеннаго Сына, – и ныне, день Твоего другаго Богом избраннаго Сына, тем же торжеством благословляется.

Вот опытное наставление для всякаго, кому нужно наставление в сей истине, что благотворительность к человекам верно наследует могущественное и действительное благословение Божие, часто дивными и нечаянными судьбами.

Из Евангелия очень известно великое благословение, которое благодетельным людям уготовано на конце веков, и в самой вечности. "Приидите", глаголет Господь наш, как Царь и Судия мира, «приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Матф. XXV. 34). Но кто сии благословенные Отца небеснаго? – Продолжение суда Христова показывает, что то суть питающие алчущих, напояющие жаждущих, принимающие странных, одевающие нагих, посещающие больных и находящихся в темнице, короче, люди благодетельные к бедствующим ближним. И в другом случае Господь заповедует: «егда твориши пир, зови нищия, маломощныя, хромыя, слепыя: и блажен будеши, яко не имут ти что воздати: воздастжетися в воскрешение праведных» (Лук. XIV. 13–14).

Если бы мысль о несоразмерности между подвигом и воздаянием, между временным благотворением человеку и вечным благословением от Бога, между служением земным и наследием царствия небеснаго, – если бы сия, или подобная мысль, возстала в ком, чтобы поколебать веру в обещанное воздаяние: премудрость Божия уже противопоставила сему сомнению сильнейшую мысль дабы и в сем, как она делает и во всяком другом случае, низложить всякое возношение суетных помышлений человеческих, взимающееся на разум Божий. Щедрый Мздовоздаятель объявил, что благотворение, какое бы то ни было, кому бы то ни было сделано, приемлет Он за благодеяние Самому Ему сделанное: «понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе» (Матф. XXV. 40). Посему Он не только, как судия, оправдает тех, которые делом исполняют закон любви к ближнему; не только, как Царь, царски наградит тех, которые помогают сынам царствия на пути к царствию; но и как должник, верно удовлетворит тех, которые, «милуя нищаго, взаим дают Богу» (Притч. XIX. 17).

И так, повторяю, из Евангелия очень известно великое последнее и вечное благословение Божие человекам, благотворителям ближних. Но к прискорбию, многие человеки, живя, так сказать, безъисходно в низкой области чувств и настоящаго видимаго мира, будучи мало знакомы с духовным, с невидимым, с будущим, едва примечают грядущее царствие Христово, как будто в туманной дали; Судия, Который, как возвещает Апостол, – «се пред дверми стоит» (Иак. V. 9), по их мнению, еще за горами. От того, как ни страшен суд, как ни велико воздаяние, многие ни страхом, ни надеждою, – уже не говорю чистою, возвышенною любовию, – не возбуждаются, чтобы дешевою ценою благотворения человекам приобретать безценное царствие Божие; или, если делают в сем некоторые опыты, не имеют ни довольно постоянства в ожидании плода от сего подвига, ни довольно ревности против искушений, в оном встречающихся. Кто знает, говорят они, подлинно ли братиям Христовым достанутся наши благотворения? Где то благословение, с которым, не как вновь благословляемые, но как уже «благословенные», с готовым, придти должны на суд Христов человеки благодетельные, – где оно, когда расточаемыя нами благотворения, не как плодовитое семя на добрую землю падают, но как прах по ветру, разсыпаются, и мы не видим, чтобы к нам что нибудь благое возвратилось?

Для сего-то и указал я, и еще укажу на опытное наставление в сей истине, что благотворительность верно наследует могущественное и действительное благословение Божие.

Дадим небольшое состязание тем, которые искушаются сомнением о благонадежности своих благотворений.

Подлинно ли, говорят они, братиям Христовым достанутся наши благотворения? – Дабы на сие ответствовать, нужно разсмотреть другой вопрос: кого разумел Спаситель наш, в притче о суде, под именем «братий Своих меньших?» Если Он, как приобщившийся плоти и крови человечества вообще, как пострадавший Един за всех по человеколюбию, по тому же человеколюбию, вообще всех человеков, по Апостолу, «не стыдится братию нарицати» (Евр. II. 11), и в особенности всех страждущих приемлет почти за едино с Собою: то первый вопрос разрешается просто; по сему разумению, какому бы страждущему ни достались наши благотворения, оне достаются всегда меньшему брату Господа Иисуса. Но если кто скажет, что сомнительно признать за меньших братий неповинно страдавшаго Иисуса таких людей из числа страждущих, которые страждут по грехам, и при самых страданиях во грехах остаются; если и согласимся, что братиями Христовыми, по точной силе слова сего, должны быть названы только те, которые, по вере во Христа, «от Бога родишася» (Иоан. I. 13); если далее из сего заключим, что те только благотворят Христу, которые благотворят людям благочестивым бедствующим: должно ли и в сем случае затруднять, или обезнадеживать дело благотворения заботою, кому достанутся благотворения? Что же вы сделаете с сею заботою? Перестанете ли благотворить? – Вы сами себя решительно лишите благословения, обещаннаго благотворящим, и нарушите великую заповедь любви к ближнему, которую нельзя нарушать ненаказанно. Захотите ли благотворить только достойным, и обходить недостойных? – Но не в сем ли самом и состоит узел, которому разрешения ищем, – не в сем ли он состоит, что вы не знаете довольно верных признаков, для различения достойных от недостойных? И кто дал вам право прежде суда Христова осудить кого либо, как недостойнаго называться чадом Божиим, и меньшим братом Христовым? Если кого нибудь и справедливо почитаешь ты недостойным сего дня: почему знаешь, чем он будет завтра? Ты сказал бы, на пример, о заключенном в темницу разбойнике: он недостоин моего посещения, потому что не есть меньший брат Христов: но что, если Господь скажет и ему пред смертию, как некогда сказал уже разбойнику: «днесь со Мною будеши в раи» (Лук. XXIII. 43)? Ты потерял случай сделать добро меньшему брату Христову! Положим даже, что ты отказал в благотворении человеку подлинно недостойному: знаешь ли, что ты сделал? Гоняясь дерзновенным суждением за именем достойнаго и меньшаго брата Христова, ты сам себя лишил достоинства сына Вышняго: поелику обетование «будете сынове Вышняго», дано нам под условием «быть милосердыми, якоже Отец наш милосерд есть»; а Он – «благ есть на безблагодатныя и злыя» (Лук. VI. 35–36). Что же на конец остается нам делать? – Очевидно, не иное что, как благотворить, по возможности, всем бедствующим: достойным и святым, потому, что они чада Божии суть, и, по строгому разумению, меньшие братия Христовы; грешным и недостойным, потому, что и сами мы грешны, и следственно недостойны благ, которыми с избытком обладаем; и потому, что Всевышний Отец наш «благ есть на безблагодатныя и злыя». Как златоделатели работают над пудами золотистаго песка, довольствуясь надеждою достать золотник чистаго золота: подобно сему и нам должно благодетельно трудиться над толпами нищих и бедствующих; и для ободрения нас в сем подвиге довольно той надежды, что во множестве хотя одно когда либо совершится чистое дело благотворения, достойное сокровищницы Верховнаго Благотворителя, которое побудит благость Его и нас призвать от земнаго труда к небесному покою, словом благословения: «приидите благословеннии».

Но, скажет еще иной, если призовутся к царствию те, которые в делах благотворения уже суть действительно «благословенные»: то для чего, подвизаясь в благотворении, не вижу я хотя начатков сего благословения? – Что могу я на сие ответствовать? Помысли, ревнитель воздаяния, может быть, более, нежели подвига, не в тебе ли самом должно искать ответа на твой вопрос, не на тебя ли обратить твое истязание? Что, если ты посеял гнилое семя? Кого в том винить, что не всходит? Если ты не от искренняго сердца творил благодеяния: кого винить, что не прозябает благословение? Что, если ты вчера посадил яблонныя зерна, и сего дня хочешь рвать яблоки? Обязана ли природа превратить свой порядок, чтобы угодить твоей нетерпеливости? Если ты вчера роздал несколько лепт нищим, и сего дня хочешь собирать плоды твоей благотворительности: не значит ли сие, что ты хочешь твоею короткою пядию мерить пути Провидения Божия, и великия судьбы Божии подчинить твоим мелким желаниям?

Будь искренен, когда благотворишь, и великодушен, когда не видишь воздаяния: рано или поздно, судьбы Господни явятся, и благословение возсияет над тобою.

Соломон написал: «посли хлеб твой на лице воды: яко во множестве дней обрящеши его» (Еккл. XI. 1). Что такое говорит творец притчей? Как можно, чтобы хлеб, брошенный на воду, в продолжение многих дней, не уплыл, не размок, не был поглощен рыбою, или склеван птицею? Сим видом невозможности творец притчей изображает дивное могущество Провидения Божия, которое никак не попускает погибнуть делу благотворения. Благотворя несчастным, обыкновенно малознаемым, или совсем неизвестным, ты бросаешь хлеб свой в воду: время течет; доброе дело твое скрывается; может быть, и враги стараются затьмить оное и облагодетельствованные забывают: но придет минута судеб; хлеб твой найдется, и напитает тебя благословением и радостию.

Не в воду ли бросал хлеб свой Авраам, когда сидел под деревом, ожидая каких нибудь странников, и, увидя их, бежал им на встречу, чтобы призвать и угостить их? И что наконец обрел он во множестве дней старости? – Посещение Господа, и обетование благословеннаго потомства.

И Корнилий Сотник, по свидетельству книги Деяний Апостольских (Деян. X. 2), «творяй милостыни многи людем», не в воду ли бросал хлеб свой, когда милостыни его доставались, то язычникам, то не познавшим Христа Иудеям? И что же обрел? – Явление Ангела, посещение Апостола, познание Христа, дар Святаго Духа.

Заключим словом Апостола: «благотворения и общения не забывайте: таковыми бо жертвами благоугождается Бог» (Евр. XIII. 16).

Особенно вам, которыя и самих себя, или посвятили уже, или ныне вновь посвящаете, в жертву благотворнаго служения болящим, – чем большаго подвига и постоянства требуют таковыя жертвы сердоболия, тем с большим удостоверением сказуем вам, что «таковыми жертвами благоугождается Бог!» Аминь.

источник:  «Сочинения Филарета, митрополита Московского и Коломенского» в пяти томах (1873, 1874, 1877, 1882, 1885) – М., типография А. И. Мамонтова и К° (М., Леонтьевский переулок, № 5). Раздел «Библиотека» сайта Троице-Сергиевой Лавры.

Наверх