СЛОВО НА ДЕНЬ ЯВЛЕНИЯ ИКОНЫ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ В ГОРОДЕ КАЗАНИ 28 июля 1907 г.

СЛОВО НА ДЕНЬ ЯВЛЕНИЯ ИКОНЫ ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ В ГОРОДЕ КАЗАНИ 28 июля 1907 г.

Как всегда радостен праздник Божией Матери!

Приветствую вас, возлюбленные братья и сестры, христиане, с праздником Владычицы Нашей Небесной! И не правда ли, как знаменательно в этом году празднование иконы Божией Матери Казанской, Которая не раз спасала Своим заступничеством от многих бед наше Отечество и, в частности, спасла Москву.

Не правда ли, как знаменательно это празднование, когда вчера мы праздновали память великой княгини – преподобной Евфросинии, этой печальницы и молитвенницы о нашей земле Русской, а 19 июня мы творили память первого Патриарха Иова, тоже печальника и молитвенника за землю Русскую.

Преподобная Евфросиния жила в тяжелое время, смутное время, время, которое летописец называл «унылым», «скорбным», потому что вся Русь томилась под игом татарским; и вот в это-то время преподобная молила Господа Бога об избавлении своего Отечества от татар; старалась советами помогать своему мужу, укреплять его и утверждать в мужестве, а затем, после его смерти, и сыновей. После кончины своего супруга она отказалась от почестей великокняжеских, и, только чтобы ее не хвалили, она носила царские одежды... И, как всегда бывает, злоба и клевета не замедлили коснуться и ее, – и ее стали обвинять в нечистой жизни. И она перед детьми, чтобы не смущать их грязными слухами, однажды открыла часть своей одежды – и они увидели изможденное ее тело и поняли, какая она великая подвижница; а затем, вскоре, она поселилась в основанном ею Вознесенском монастыре, сделалась монахиней и удостоилась дара чудотворений. Так, однажды она исцелила одного слепого, когда шла из дворца в монастырь. Когда она шла, то слепой стал просить исцелить его; он так говорил: «Святая княгиня Евфросиния, исцели меня, ведь ты сама обещала исцелить меня; ты сегодня снилась мне и говорила, что ты исцелишь меня». И святая княгиня коснулась рукавом своей одежды его глаз – и тотчас слепой исцелился.

И преподобная Евфросиния всегда усердно молилась Владычице нашей Небесной и имела глубокую веру в Нее, чему свидетелем является храм, построенный ею в Кремлевском дворце во имя Рождества Пресвятой Богородицы. Прошло два столетия. Наступило XVII столетие, и в это время, после смерти Бориса Годунова, случилась на Руси неслыханная смута, такая смута, которую летописец, описывая, называет лихолетьем. Он так изображает: тогда любовь к Отечеству иссякла во многих, справедливость как бы исчезла с лица земли Русской; православная вера поколебалась, связи общественные и семейные стали нарушаться, измена сделалась обычным делом, а воровство, убийство считалось как бы подвигом; любовь к Отечеству называли презренною. Вот такое время было тогда. И в это-то время жил Патриарх Иов, который все усилия употреблял, чтобы водворить мир на Руси: он молился, он устроил чин богослужебный, сочинял книги; он хотел примером своей жизни показать, как надо жить; он страдал за свою Родину. Но, видимо, фиал гнева Божия должен был быть доведен до конца – смута разрасталась и разразилась появлением самозванцев. Святой Патриарх увещевал бояр, клятвопреступников, перебегавших на сторону самозванца ради выгод.

Однажды он совершал богослужение в Успенском соборе – клятвопреступники и изменники бросились к Патриарху, стали рвать одежды на нем; тогда Патриарх обратился к образу Богоматери со следующими словами: «Царица Небесная, здесь, в этом храме, я восприял благодать архиерейскую, здесь я надел святую панагию с изображением Твоего святого образа и семнадцать лет правил паствою; ныне ереси, неверие, смуты распространились в нашей земле – спаси и утверди землю Русскую, укрепи православную веру среди братий моих». Так говорил Патриарх. Потом его в одежде простого монаха изменники влачили по улицам, по площадям, издевались над ним, а затем заточили его в Старицкий монастырь. Но вот прошло несколько времени – смута та увеличилась. Невозможно стало жить, и вот народ решил принести всенародное покаяние... И вот снова вызывается Патриарх Иов, столетний старец, в одежде схимника, изможденный от трудов, подвигов и неприятностей, прибыл он, как бы из гроба восставший, чтобы примирить народ с Небом; здесь он читал грамоту, составленную им, в которой испрашивал прощение грехов русскому народу; убеждал хранить преданность вере, Царю, любовь к Отечеству... И вот прошло с того времени еще несколько столетий, и снова мы живем во времена смуты, что делать? Как не обращаться к печальникам за землю Русскую, да умолят они Царицу Небесную, да умиротворит Она землю Русскую, и верим – Она услышит скорбь нашу и пламенные наши молитвы.

О молитвенники земли Русской, знаем мы, что вы можете умолить Господа, знаем также, что это все попущено Господом Богом по нашим великим грехам; но веруем, что Он щедр и многомилостив, что Он милость Свою простирает на всех верующих, все покрывает любовью, испросите нам прощение, да прекратится смута и водворится мир и благоденствие в нашей стране молитвами вашими и Владычицы нашей Небесной. Ей же честь, и слава, и поклонение во веки веков.

28 июля 1907 г.

Наверх